Идеи не умирают
Алексей Архангельский
ПУБЛИКАЦИЯ


Не стоит придумывать новые инструменты, пока старые и проверенные эффективно работают. Взгляд на новую историю из новейшей.




Эпиграф


- Где ты, где ты, где ты? Тебя не найду
- Я собираю яблоки в своем саду
- А где твой сад, твой цветущий сад?
- Я порубил на дрова его много лет назад
- И где дрова? Чем ты был ведом?
- Я сжег в печи их, согревая дом
- Но где твой дом? Его не вижу я
- Я дом оставил своим сыновьям
- И где же твои сыновья, твоя опора?
- Давно повзрослели все и уехали в город
- И где тот город в тысячу дворов?
- Город вырос за горой
- Но где гора? Горы стоят веками
- Была гора, ее разобрали на камни
- И где теперь эти камни, что из них сделали?
- Построили дворцы с высокими стенами
- Где же те дворцы, что стало с ними?
- Они давно заброшены, стоят пустыми
- Где же семьи те, что жили в них? Их нет уже
- Увяли жены, умерли, не дождались мужей
- А где мужья их, где их столько носит?
- С врагами воевать ушли давно все
- И где враги со своей грозной ратью
- Там, за рекой, где раньше жили наши братья
- И где теперь они? Что стало с братьями?
- Братья нам стали врагами заклятыми
- Но где причина, чтобы идти на погибель?
- Те, кто это помнят, давно в могилах
- Где их могилы? На надгробьях где их имена?
- Все разрушила война
- А где идет война и сколько лет?
- Война идет давно. На всей земле

Каста



Мы с вами живем в очень интересное время!

Такую фразу слышит каждое поколение живущих на планете Земля. Меняются инструменты в человеческих руках, меняются государства и способы управления народами, меняются сами народы и их языки. Раз за разом, виток за витком, время по-прежнему возвращает человечество к истокам трудного пути — борьбы за первенство и существование в нашем сложном мире. К войнам.

В этом материале я хотел бы показать, как на заре ХХ века рожденный Западом экономический кризис столкнул мир в горнило Мировой войны. Как скрупулезно и системно был создан и финансово вскормлен нацизм в Германии. И какие выгоды Запад сумел из этого извлечь.

К двадцатому году двадцатого столетия население Соединенных Штатов Америки увеличилось почти до 123 миллионов человек. В основном, за счет переселенцев из Южной и Восточной Европы, в том числе — из Российской Империи. В отличие от первых поселенцев, вновь прибывавших редко «тянуло к земле»: они становились рабочими на фабриках и заводах, обеспечивая бум зарождающейся промышленной революции.
Люди стремились селиться в города, избегая сел и сельскохозяйственных регионов.

С появлением тракторов, все чаще заменяющих людей с лошадями и мулами, укрупнилось производство сельскохозяйственной продукции за счет высвобождения земель под выпас крупного рогатого скота и выращивания еды на прокорм крестьянских хозяйств. Количество произведенной сельскохозяйственной продукции существенно превышало внутренний спрос, что превращалось в излишки продукции с туманными возможностями для сбыта оной. Так зарождалась «сельскохозяйственная депрессия».

Тем временем, производительность труда на фабриках и заводах взметнулась вверх до небывалых высот в связи с изобретением господином Генри Фордом конвейера. И здесь речь идет не только о знаменитой Форд Модель Т, но и различных промышленных товарах бытового назначения. Успешность реализации стратегии массового производства напрямую связана с успешным ориентированием на массовое потребление как образа жизни. Так, в Соединенных Штатах Америки появляется «потребительский кредит» — возможность приобретать товары, в частности автомобили, в рассрочку.

Вслед за производительностью труда на фабриках существенно увеличилась и оплата труда рабочих этих фабрик. Уровень жизни рабочих, живущих в городах, превышал уровень жизни крестьян более чем втрое. В города хлынул поток внутренней и внешней миграции. Каждый цеплялся за любую возможность заработать. Рабочие места зачастую были временными, вновь прибывающим в города людям приходилось перебиваться случайными заработками, хоть и высокооплачиваемыми. Спрос на товары народного потребления, ярко определяющие «ревущие двадцатые», постепенно был удовлетворен. Излишки товара начали скапливаться на складах у производителей.

Обстановку довела до кипения, а потом и вовсе воспламенила биржевая торговля. Американские фондовые рынки наводнили как скудные денежные средства обычных граждан, так и накопленные сверхприбыли крупных промышленных гигантов того времени. Акции были на подъеме. Формально это обуславливалось ожиданиями последствий от новых технологий промышленной революции и индустриализации, а на деле — ажиотажным спросом. Реальный сектор экономики при этом начал никому не заметную стагнацию: кому нужно работать на бульдозере, если можно вложиться в ценные бумаги и полететь лебедем?

В этой игре непосредственно участвовала и недавно созданная Федеральная Резервная Система.

Уинстон Черчилль, возглавлявший в 1925 году британское казначейство, объявил о возвращении Британии к «золотому стандарту» фунта стерлингов. Это привело к установлению достаточно низкого курса доллара по отношению к фунту, что, в свою очередь, позволяло Великобритании нарастить импорт товаров народного потребления США в обмен на полученное в ходе репараций от Германии золото, чем США и решили воспользоваться. Глава Федерального Резервного Банка США Бенджамин Стронг тут же объявил политику «доступных денег», существенно понизив «ключевую ставку» и осуществив выкуп государственных ценных бумаг. А Федеральная Резервная Система незамедлительно впрыснула через банки в реальный сектор экономики гигантские свеженапечатанные деньги, на которые все должны были жить долго, счастливо и с золотом.
Вот такой план!

Однако жадность порождает бедность.

К 1929 году банки выдавали больше кредитов на покупку ценных бумаг, чем на промышленное развитие и модернизацию крупнейших предприятий и
покупку недвижимости! Люди выбирали полет лебедем!
Расцветали брокерские агентства, которые выдавали участникам рынка под залог уже имеющихся акций банковские средства на покупку новых. И так круг за кругом. Образовался «пузырь».

В это же время промышленность, удовлетворившая спрос внутреннего рынка, но не собственные ожидания, продолжала стагнацию.

В сентябре 1929 года «пузырь» качнулся, а еще через месяц лопнул, разорив миллионы людей, тысячи предприятий, и обогатил мировой лексикон термином «черный четверг».

Так начиналась Великая Депрессия.

Она окончилась в 1939 году. С началом Второй Мировой Войны.


В конце 1918 года Германская империя в результате Ноябрьской революции прекратила свое существование. Кайзер Вильгельм Второй отрекся от престола, передав власть Совету народных уполномоченных, временному правительству. Да-да, оказывается, у немцев тоже был свой «Февраль», правда в ноябре, а вот «Ноябрь» был подавлен!

Первая Мировая Война все еще велась, и, почередовав монархию с республикой, Германский Рейх продолжал принимать в войне самое непосредственное участие. Сражения окончились Компьенским перемирием, которое закрепилось подписанием Версальского договора с антигерманской коалицией в июле 1919 года. Германия потеряла вооруженные силы, земли, колонии, зато получила гигантские репарации. Алчность победителей была сбалансирована желанием как можно дольше не дать Германии восстановить разрушенную войной промышленность и опасением полного обрушения германской экономики с непредсказуемыми для мира последствиями.
Начались государственные преобразования, народ самоопределялся в условиях необходимости пережить унизительное военное поражение и вызванных этим очевидных тягот и лишений.

Появившаяся новая Германия известна в историографии как Веймарская республика. Была выработана новая конституция, закрепленные в ней права человека базировались на первой германской Конституции Паульскирхе 1842 года. В свою очередь закрепленные Веймарской конституцией права человека были использованы при выработке Конституции ФРГ 1949 года, а она затем стала основным законом объединенной Германии в 1990. Мы, конечно, забегаем вперед, но здесь следовало обязательно дать оценку почти двухсотлетней демократической преемственности!

Правда, с перерывом на продолжительную диктатуру нацизма.

Начался послевоенный период. Восстановление разоренного войной государства, да еще и потерпевшего поражение — это ужасное бремя для любого народа. Разрушенные города, голод, нищета, упадок сельского хозяйства, огромное количество искалеченных войной людей. Во власти тоже было неспокойно: постоянные склоки между последователями крайне левых и крайне правых идей, необходимость подавлять путчи, рабочие восстания. К тому же Рурский регион оккупируют французы и бельгийцы. Промышленный спад и безработица повлекли за собой безумную гиперинфляцию: батон хлеба подорожал за год с семидесяти марок до ста шестидесяти миллиардов марок!

«Черный обелиск» Эриха Марии Ремарка — безупречная иллюстрация.

Разве в таких условиях возможно исполнить хоть сколько-нибудь репараций? Что и говорить о возможности в такой ситуации создать дорогостоящую военную машину, способную завоевать Европу всего через пятнадцать лет!

Однако спустя пять лет после Версальского мира, Великобритания и США отодвигают от рычагов влияния на Германию зарвавшуюся и финансово зависимую от Англо-Саксонского мира Францию. Начинает формироваться план внешнего управления экономикой загибающейся Германии – план Дауэса, утвержденный Рейхстагом в 1924 году.

Схематично суть его заключалась в том, что правительство США предоставляет процентный займ Германскому Рейху, чтобы тот смог выплатить репарации Великобритании и Франции, которые, в свою очередь, получают возможность погасить свои собственные долги США из этих германских поступлений. В виде обеспечения платежей англосаксами устанавливается контроль над бюджетом Германии, Рейхсбанком и Имперскими железными дорогами, по сути – внешнее управление страной. Очертились границы благоприятного для стран Запада инвестиционного климата. Частные компании США и Великобритании осуществляли прямые инвестиции в промышленность Германии с оправданной впоследствии надеждой на прибыль, которую предполагалось получить на новом рынке сбыта — в истекающем кровью от столкновения с восстановленной Германией Советском Союзе.

При этом поддерживалась напряженность в континентальной Европе, так как Германия фактически возвращала себе возможность развивать промышленность, чему так отчаянно сопротивлялась отодвинутая в сторону англосаксами Франция. И правильно сопротивлялась, ведь совсем скоро продукция промышленного производства Германии объедет и перелетит линию Мажино.

Гениальный бизнес!

К концу 1929 года, спустя шесть лет после начала реализации Плана Дауэса, объем инвестиций в экономику Германии составил 26 миллиардов марок при 10 миллиардах репарационных платежей. Промышленное производство было восстановлено до довоенного уровня, объем экспорта был удвоен и достиг десятой доли в мировом масштабе.

При этом был ненавязчиво, но существенно укреплен военно-промышленный потенциал Германского Рейха, с которого во всю снимали сливки англосаксы.

Идея о Центральном банке США, по одной из версий, родилась в отеле некого острова Джекил в Атлантическом океане после собрания крупнейших финансистов того времени. Председательствовал на том собрании сенатор-республиканец Нельсон Олдрич. Основным идейным генератором стал немецкий банкир еврейского происхождения Пауль Варбург. В «мозговом штурме» так же участвовали: глава Нейшенал Ситибанк Френк Вандерлип, уже известный нам Бенджамин Стронг, сотрудники казначейства США Пиатт Эндрю и Гарри Дэвидсон, ну и сам Нельсон Олдрич. Компетенции собрания были исключительны, ведь все действующие лица либо являлись представителями банковской системы «старого света», либо длительно и весьма пристально ее изучали в ходе командировок на местах. Сформулированную задумку полностью частного центрального банка с минимальным вмешательством государства Нельсон Олдрич представил Конгрессу США. Конгресс бурлил, сыпал обвинения в лоббировании частных интересов в адрес Олдрича, удачно выдавшего свою дочь за Джона Рокфеллера младшего и имевшего близкие отношения с Джоном Пирпонтом Морганом и другими крупными банкирами. Разразилась дискуссия, результатом которой стало создание Федеральной Резервной Системы в виде независимого агентства правительства США. Вмешиваться в деятельность ФРС президент или Конгресс США напрямую не имели возможности, выступая лишь внешним регулятором деятельности при помощи законотворчества.

Федеральная Резервная Система США существует по сей день, не претерпев значительных организационных изменений. Эта частная организация имеет возможность бесконтрольного производства долларов, обеспечивая любые требования колониальной политики США. Суть колониальной политики в том, чтобы дать терпящей бедствие стране займы в долларах, наводнить эту страну американскими товарами, за эти же самые доллары и покупаемыми.

В очередной раз гениальный бизнес.

В 1929 году президентом США становится республиканец Герберт Гувер, немец по происхождению, выпускник Стенфордского университета, горный инженер, объездивший весь мир несколько раз. Отметим «бескорыстное» участие будущего президента США в преодолении голода двадцатых годов в Советской России: плененные революционными властями действующие лица американской интервенции были освобождены в обмен на продовольствие.

Великая Депрессия разразилась как раз в эпоху правления Гувера. Были предприняты смягчающие кризис меры в виде успокаивающих переговоров как с рабочими, так и с владельцами предприятий. Выделенные бюджетные ассигнования были направлены на поддержку общественного благополучия. С этой целью использовались предприятия работодателей. Однако предприятиям вскоре не стало возможности сохранять заработную плату. Начала стремительно расти безработица, а вслед за ней и недовольство «бесчеловечными» действиями правительства, не оказывающего поддержку людям напрямую в виде пособий.

А в это же время в Германии начал действовать принятый на Гаагской конференции по репарациям план Юнга. В конференции принимали участие Европейские страны, получающие репарации от Германии, а также Япония. США официально участия не принимали несмотря на то, что являлись инициатором этого плана. Германский представитель, глава Рейхсбанка Ялмар Шахт требовал снижения размера годовых платежей, корректировку налогового бремени промышленности, а также отмену внешнего управления и иностранного контроля. Снижение репараций отвергалось бывшими странами Антанты, которым необходимо было использовать германские поступления для расчета по долговым обязательствам перед США. Отстаивавший интересы частных кредиторов Германии в США господин Юнг, который по совместительству выступал главой Конференции, предложил компромиссный сбалансированный вариант. Компромисс позволил снизить репарации таким образом, чтобы Германия оставалась способной десятилетиями платить по, прежде всего, негосударственным обязательствам.

Благоприятный инвестиционный климат и великолепное лоббирование со стороны Юнга обеспечили на десятилетия вперед стабильность и уверенность в завтрашнем дне всем инвесторам из США, вкладывающихся в германскую промышленность. Вишенкой на торте стало то, что годом позже Ялмар Шахт уходит с поста главы Рейхсбанка и трудоустраивается главным представителем в Германии американского Джи Пи Морган.

Ничего личного — только бизнес.

Под план Юнга в швейцарском Базеле создается Банк международных расчетов, в котором задействованы шесть центральных банков стран, участвующих в операциях по репарациям: Бельгия, Великобритания, Франция, Италия, Япония и побежденная Германия. Государство США в создании Банка международных расчетов не участвует, но частные американские банки во главе с банком Джи Пи Морган с удовольствием покупают его акции. После Второй Мировой войны Банк международных расчетов дискредитирует себя сотрудничеством с нацистами, чье добытое в том числе в концентрационных лагерях золото беззастенчиво обменивает на удобные доллары. Доллары используются для закупок необходимых фашистской Германии товаров в нейтральных странах типа Швеции. По итогам Бреттен-Вудской конференции образуется Международный Валютный Фонд, перехватывающий все функции Банка международных расчетов и продолжающий его дело, сам Банк решено ликвидировать. Однако Банк международных расчетов существует и по сей день, обладает внушительным золотым запасом и весомыми заокеанскими клиентами.

Гувер посчитал, что причины американского экономического кризиса кроются за рубежом, и предпринял судьбоносный для Германского Рейха шаг — ввел в США мораторий на выплату задолженности по иностранным займам и репарациям. Мораторий прервал финансовые поступления от репараций из Германии в США через «посредников»-должников из Европы. Но не прервал поток американского финансирования германской промышленности!

Остановить развитие Великой Депрессии этим шагом не удалось. Зато Германии была предоставлена возможность использовать попавшие под мораторий обязательства по репарациям на собственное развитие, вдобавок она получила доступ к инвестициям частного капитала западных банкиров и предпринимателей. И Германия этим шансом дисциплинированно воспользовалась.

Началась беспрепятственная накачка Германского рейха англосаксонскими деньгами! И происходила она на фоне разгорающегося мирового экономического кризиса.

Задолго до описываемых событий, весной 1889 года, в австрийской деревне, у одной довольно странной семейной пары, после трех прервавшихся беременностей, родился долгожданный мальчик. Это был желанный и любимый в семье ребенок, очень похожий на мать. Он рос так же сложно, как и появился на свет. Буквально весь окружающий мир сопротивлялся его становлению. Но мальчик справлялся, сносно получал знания, имел тягу к рисованию и архитектуре.

Однако мироздание не сдавалось: он потерял отца, потом мать, потом и тетю. Получив наследство, занялся самообразованием, любил читать, в особенности о похождениях индейца Виннету Карла Мая, проникаясь романтикой покорения новых земель на Диком западе. Разумеется, принял участие в Первой Мировой войне, как и все немцы — не слишком успешно. Потом очень ругал Версальский мирный договор и в особенности — Ноябрьскую революцию 1918 года.

Несмотря на сложный взрывной характер и природную гневливость, он легко обзаводился друзьями. Наверное, потому что умел говорить так, что его хотелось слушать. Согласно моде того времени, фантазировал за кружкой пива в Хофбройхаусе о реформировании Германии и разных других будоражащих молодые умы радикальных вещах. С друзьями придумал даже себе партию! Однажды, молодые люди так расфантазировались, что вышли на улицы и устроили публичный акт неповиновения властям, ставший впоследствии известным миру как «Пивной путч».

А далее была тюрьма, написание странных, но воспринятых местной молодежью виршей про борьбу, долгая и запутанная драка за власть, низложение конкурентов, превращение республики в диктатуру, «теория расового превосходства», «ночь длинных ножей», возрождение военной машины, «хрустальная ночь»… А дальше — самая кровопролитная и преступная в истории человечества война в погоне за мечтой из книжек Фрая — «диким востоком, завоеванным немецким мечом для немецкого плуга». Потом покорение Европы, концлагеря, «генерал мороз», «катастрофа на Волге», «десять сталинских ударов», бункер с относительно молодой барышней и собакой-овчаркой, самоубийство и показания дантиста.

Словом, Гитлер.

Настоящим диктатором стать не так уж просто. Помимо очевидных вещей вроде поддержки народа, устранения всеми средствами конкурентов, формирования харизматичного образа, написания внятной программы действий и повестки, необходимы деньги. Очень большие деньги!

Которые крайне тяжело найти. Особенно в едва оправившейся от военной катастрофы Германии во время бушующего мирового экономического кризиса, сопровождающегося стремительным распространением в массах идей коммунизма.

Вероятность прихода в Германии к власти партий, следующих марксизму в любых его проявлениях, означало риск национализации предприятий по советской кальке. А это — многомиллиардные потери для бизнеса США, Великобритании и иных иностранных инвесторов, что категорически неприемлемо. Особенно во второй раз.

И тут на помощь приходит Ялмар Шахт. Да-да, тот самый немец, который представляет интересы американской корпорации Джи Пи Морган, которая, кстати, на волне кризиса и низких цен, во всю скупала банки и предприятия в США, консолидируя их права требования и выданные Германии займы.
Он приходит не один. Со стороны Британии лоббистом выступает Вильгельм Регенданц, немец, возглавлявший работающий в Германии Амстелбанк. Это Голландский банк, созданный в 1921 году и напрямую аффилированный с банком Кредитанштальт, принадлежащим семье Ротшильдов.

В начале 1930-х годов борьба за власть в Германии была далека от окончания, поэтому англосаксы сделали ставку на все партии, выступающие против действующей в Веймарской республике власти. Сразу. Цель была очевидной: предотвратить приход к власти коммунистов-большевиков любой ценой! А значит — без нацистов было не обойтись! Организуется Гарцбургский фронт — политический блок германских правых националистов и национал-социалистов, в который, безусловно, входит и НСДАП. На собраниях Гарцбургского фронта помимо политических фигур присутствуют немецкие промышленники, получившие западные деньги, и не совсем до конца немецкие лоббисты-банкиры, с которыми члены НСДАП знакомятся и сближаются. И, безусловно, берут от них и от их покровителей те самые очень большие деньги, которых так не хватало для победы диктатуры!

Наиболее освещенный факт финансирования будущих бонз Третьего рейха через крупнейшие германские предприятия изложен в изданной в Лондоне и на английском языке книге Фрица Тиссена, крупнейшего немецкого промышленника. Он был так очарован идеями национал-социализма, что вступил в НСДАП, сотрудничал и развивал под ее знаменами свой бизнес, пока не впал в немилость в связи с попытками защитить евреев от погромов и не был отправлен в концентрационные лагеря. Он пережил войну и окончил жизнь в Аргентине. Другой финансировавший НСДАП известный промышленник, Альфред Крупп, чьи пушки еще совсем недавно наводили ужас на французов под Верденом, вновь стал работать над немецким оборонным заказом. После войны он был приговорен к 12 годам лишения свободы за разграбление промышленных предприятий других государств и использование рабского труда. В 1951 году американцы выпустили его на свободу досрочно, единолично аннулировав часть приговора, касающуюся конфискации имущества и возвратив ему часть состояния. Удивительно, но концерны американцев и Круппа объединились! Мы сегодня можем ежедневно наблюдать и использовать их продукцию, например, лифты и эскалаторы в торговых центрах, аэропортах или даже в собственном подъезде.

Стоит отдельно отметить факт создания в самих США нацистской организации под названием Друзья Новой Германии, которая впоследствии была преобразована в Германо-Американский Бунд. Организация была создана по поручению Рудольфа Гесса, имела численность в десятки тысяч человек, проводила различные «ритуальные» мероприятия на территории США: парады по улицам американских городов, съезды в Мэдисон Скуэр Гарден, сбор средств и так далее. Финансово-промышленные капиталы и нацисты всегда идут бок о бок.

Закончить мировой экономический кризис непросто. Многие экономисты скажут, что нужно применить широкий комплекс различных мер для преодоления кризиса и его последствий. Прежде всего, необходимо трудоустроить людей и с помощью их труда производить востребованную в мире продукцию. Эта продукция может быть абсолютно любой: мир видел бум бытовой техники, телевизоров, компьютеров, айфонов, наконец.

Но по большому счету, человечество не придумало более эффективной, результативной, дорогой и бессмысленной для мирного человека (если вдуматься) продукции, нежели продукция, питающая войну.

У англосаксов в руках оказался ими же сформированный эффективный механизм, идея развязывания войны на соседнем континенте. У них в долгах была Германия с безумным фюрером во главе, у них был геополитический противник в лице красной угрозы. Осталось только аккуратно столкнуть их лбами, чтобы случайно самим не досталось, и снимать сливки.

И, к сожалению, у них получилось!

С началом войны СССР начал получать от США помощь по ленд-лизу. Объем этой помощи трудно себе вообразить! Это и автомобили, и самолеты, и бронетехника, и мотоциклы, и корабли. Это стрелковое оружие, взрывчатка и порох. Это станки и оборудование, мебель, сталь, нефть, кожа, обувь, одеяла и пуговицы! Это огромный объем промышленного производства, который США отправили на экспорт, возродив свою экономику после Великой Депрессии. Речь идет о миллиардах и миллиардах долларов! Это — настоящая помощь. Ну такая, за деньги, любезно предоставленные в кредит под проценты. За эту помощь СССР и впоследствии Россия расплачивалась золотом и валютой до 21 августа 2006 года.

Открывая Второй фронт, США декламировали желание помочь советским товарищам в невыносимо тяжелой борьбе с нацизмом. Действительно ли это было искреннем желанием помочь, или же под давлением американского истеблишмента правительство США вынуждено было кровью Сынов Америки защищать частные многомиллиардные инвестиции и займы в Германию? Это была рука помощи или желание не потерять поток старых и, возможно, новых репараций? Судите сами.

Известно лишь, что выданные Германии финансово-промышленными корпорациями и государственными институтами Запада займы гасились золотом долгие десятилетия после войны и неизвестно погашены ли сейчас.

Под дамокловым мечом сформированного пропагандой образа врага, духа войны, эффективное государство завалило работой все население и даже сверх того. Промышленность индустриально развитых стран в предвоенные и военные годы обеспечило работой людей настолько, что задора хватило на долгие десятилетия вперед. Сформированный впоследствии облик внешней угрозы поддерживал должный темп экономического развития.

Многомиллиардные инвестиции Запада в Германию и помощь Запада по ленд-лизу СССР — это как поставить в казино на черное и на красное одновременно. Эта беспроигрышная комбинация обязательно себя окупит и с процентами.

Вери гуд бизнес.

Но ничто не вечно под луной!

Идеи не умирают, но другим Господь дает более справедливые идеи.


В качестве эпилога.

Сегодняшний день снова показывает нам острые зубья старых ржавых шестерней далекого, почти ушедшего из памяти живых прошлого века. Снова в Европе поднимает голову нацизм, снова звучат залпы орудий, снова мы слышим пропаганду исключительности отдельных народов, снова людей подтолкнули к братоубийственной войне. Снова кому-то оказывают экономическую помощь, снова гремит грабительским кистенем ленд-лиз, снова повсюду гудят и чадят трубами военные заводы, снова домой не возвращаются отцы, братья и сыновья.

Это значит, что вы снова наблюдаете, как Запад пытается решить свои проблемы, разжигающие новый невиданный мировой экономический кризис, с помощью привычного инструмента – Большой Европейской Войны.

И, конечно, за чужой счет. Еще и с процентами.

Никто не забыт и ничто не забыто!