Консервативный проект Константина Леонтьева
Иван Соболев
Стажер НИИРК
ПУБЛИКАЦИЯ

Русские философы в своих трудах сформулировали понятия, которые сегодня можно встретить на телевидении или в СМИ. НИИРК публикует аналитическую статью стажера Института в рамках рублики «Классика русской философии и современный мир», в тексте рассказывается о влиянии идей Константина Николаевича Леонтьева.

Сегодня в политологическом и философском дискурсе мы постоянно используем такие термины, как цивилизация (например, говоря о столкновении западной и восточной цивилизаций), многополярный мир и особый путь России. Современная государственная культурная политика Российской Федерации подразумевает определенное противопоставление отечественной культуры западной и ставит перед собой цель отстоять уникальность и независимость духовного развития нашей страны. Но откуда в принципе эти концепции берут свое начало, и как они развивались перед тем, как стать неотъемлемой частью сегодняшней парадигмы?

Подобные идеи были сформулированы во второй половине ΧΙΧ века русским консервативным мыслителем Николаем Яковлевичем Данилевским, а доработаны его последователем Константином Николаевичем Леонтьевым, о котором и пойдет речь. Именно эти философы впервые в истории отечественной политической мысли обратились к цивилизационному подходу. Консерваторы совершили переход от истории человечества в целом к изучению самобытных и обособленных цивилизаций, часто вступающих в контакты.


Цикличное общественное развитие

Основой учения Леонтьева становится его теория об универсальных законах развития государств. Чтобы понимать этот процесс, необходимо сперва определить, что в принципе означает «развитие». Для русского философа развитие – это «постепенное восхождение от простейшего к сложнейшему, постепенная индивидуализация, обособление… постепенное осложнение элементов составных, увеличение богатства внутреннего и в то же время постепенное укрепление единства» (Леонтьев К. Н. Византизм и славянство // Собр. соч.: В 9 т. М., 1912. Т. 5). Этот процесс можно наблюдать повсюду – как в природе, так и в области человеческой деятельности.

Исходя из многочисленных примеров, Леонтьев выделяет три этапа развития для всего сущего: первоначальная простота, цветущая сложность, вторичное смесительное упрощение. Так, геология может проследить как наша планета из расплавленного тела стала пестрой структурой из океанов и материков, а в будущем вновь придет к своему изначальному состоянию. Живые организмы растут и развиваются из бесформенного зародыша, а со смертью снова теряют свою сложную форму. Даже в искусстве мы видим тот же путь: к примеру, архитектура древности меняется от простых циклопических построек через изящество Парфенона к вторичной простоте романского стиля.

Такая же участь постигла и государственные формы. Для примера рассмотрим развитие европейской цивилизации, которую Леонтьев считает единым культурно-государственным организмом. Развитие европейской цивилизации начинается в IV–V веках, когда германские племена формируют первые государства на закате Западной Римской империи. Общество этих государств примитивно, в нем нет сложной иерархии и культурного развития.

Этот период простоты, согласно теории Леонтьева, продолжается до Верденского договора 843 года, по результатам которого образовались королевства-прообразы Франции, Италии и Германии. С того момента и вплоть до XVIII века Европа входит в этап цветущей сложности. Усложняются иерархии политических систем (вассалитет, города-республики Возрождения, абсолютные монархии Нового времени), эволюционируют экономические отношения. В отношении культуры период цветущей сложности максимально проявляет себя в европейском средневековом искусстве (готическая архитектура, поэзия Данте).

Но уже с Французской революции европейские государства вновь устремляются к упрощению. Революции и другие политические изменения, за которые выступали либералы и социалисты в Европе XVIII–XIX века, были направлены против неравенства, власти монарха и церкви. Но для Леонтьева именно эти три столпа определяли сложное развитие и исторический успех европейской цивилизации в период ее расцвета. Вместо этого социально-политические различия вновь размываются, а на месте ярких индивидуальностей и героев оказываются буржуа с примитивными вкусами и желаниями.


Культура против прогресса

На этапе вторичного смешения, по мнению Леонтьева, западная цивилизация движется в "эгалитарно-либеральном" направлении. Это прогресс нового социального слоя буржуазии и мещанства, пытающийся удовлетворить потребности «среднего» человека. Не ставится другой цели, кроме материального благополучия, достигаемого с помощью развития технологий. Для достижения того, что мы сегодня назвали бы «государством всеобщего благосостояния», прогресс уничтожает все уникальные особенности, культурные и национальные различия, мешающие обновлению.

В статье «Национальная политика как орудие всемирной революции» Константин Леонтьев в 1889 году поразительно точно предугадывает, как будет развиваться Европа на этом пути. Он пишет: «И если не произойдет в XX веке где-нибудь и какой-нибудь невообразимый даже переворот в самих идеях, потребностях, нуждах и вкусах, то и будут так идти, пока не сольются все в одну – всеевропейскую, республиканскую федерацию» (Леонтьев К. Н. Национальная политика как орудие всемирной революции // Леонтьев К. Н. Полное собрание сочинений и писем. – 1992. – №. 12. – С. 497–548). И действительно, новейшая история показала нам как идейные революции, так и образование наднационального союза европейских государств.

Идеи Леонтьева предугадывают учения двух более поздних знаменитых западных мыслителей: Фридриха Ницше и Освальда Шпенглера. Тот архетип, который русский философ называет «средним человеком», у Ницше мы встретим под именем «последнего человека». Целью его существования будет точно так же мещанский идеал внешнего, материального благоденствия, спокойная жизнь, в которой нет места страстям, индивидуальности и творчеству. В свою очередь Освальд Шпенглер в труде «Закат Европы» вслед за Леонтьевым говорит о последовательном развитии государств. Период их восхождения Шпенглер называет периодом культуры, тогда как упадок – периодом цивилизации (прогресса).

Но перед Леонтьевым как мыслителем политическим стоит важный вопрос: какова судьба его отечества в этой ситуации? Очевидно, что русское государство развивалось по иному пути, нежели страны европейской цивилизации. Россия не связана культурно с Западной Римской империей, отечественная геополитика была связана с влиянием на материке, а не на море, наконец, не менее важны и своеобразные свойства православного христианства. И если Шпенглер писал, что русско-сибирская цивилизация только движется к своему расцвету, то взгляд Леонтьева более пессимистичен: отечественный философ считал, что Россия уже идет к своему упадку и единственный шанс ее сохранить – возродить традиционную культуру.


Византизм и славянство

Русскому государству необходимо вернуться к своим политическим, культурным, духовным и бытовым корням. Это многообразие институтов, практик и обычаев Леонтьев объединяет в понятии «византизм». Разделяя три основные области этого объемного понятия, можно сказать, что византизм в политической сфере подразумевает самодержавие, в сфере духовной – истинное православное христианство, в социальной же – общинность и аскетизм как понимание невозможности достижения всеобщего блага.

Эти три столпа византизма Леонтьев выделяет, опираясь на историю нашей государственности, на то, как другие способы создания социальных институтов (через наследственную аристократию или муниципальные собрания) последовательно терпели у нас неудачу. Благодаря постоянной диффузии культур Россия впитала в себя традиции государственности Восточной Римской империи. Именно сильная власть монарха, легитимизированная православным христианством, позволила русскому государству выстоять перед постоянными внешними угрозами и войти в период цветущей сложности, создав централизованную политическую систему.

В мировой же истории, по представлению русских философов-консерваторов, Россия должна стать центром культуры византизма, тем самым цивилизационным полюсом, противопоставленным эгалитарному прогрессу. В своем внешнеполитическом проекте Леонтьев критикует национальные идеи панславистов, поскольку он считает нации (как понятие XIX века) порождением упадка европейской цивилизации. По мнению мыслителя, России суждено стать центром Восточного союза, объединяющего прежде всего православные государства. Соответственно задача России – расширение влияния на Черном море и на Балканах и противостояние Османской империи.


Заключение

Итак, весьма оригинальное учение Леонтьева во многом стало провидческим. Он предсказывал, что в XX веке могут произойти коренные идейные сдвиги, противостоящие либеральному прогрессу. Сейчас ретроспективно мы понимаем, что именно такими «анти» идеологиями были коммунизм и фашизм. В современной повестке часть мыслителей всё так же говорят о социокультурном упадке западных обществ (Фрэнсис Фукуяма) и о постоянном столкновении цивилизаций (Сэмюэл Хантингтон). Наконец, прогноз Леонтьева о «всеевропейской цивилизации» в точности сбылся с образованием Евросоюза.

На сайте НИИРК опубликован авторский текст стажера Ивана Соболева. Мнение автора может не совпадать с позицией Института.